Материалы для студентов→ Курсовая работа /

Предпосылки и условия формирования и развития характера

Скачать файл
Добавил: fafnir
Размер: 293.54 KB
Добавлен: 23.04.2015
Просмотров: 1594
Закачек: 0
Формат: rtf

«Московский гуманитарно-экономический институт»

«Гуманитарный факультет»

КУРСОВАЯ РАБОТА

по Общей психологии

на тему:

«Предпосылки и условия формирования

и развития характера»

СтудентII курса

Группы ПС-21

Влазнев И.В.

Проверил:___________

Защищено:________/________/________2007год  оценка:____________

Москва 2007

СОДЕРЖАНИЕ:

Введение……………………………..……………………….…3 стр.

1. Глава

Формирование характера. Дошкольный период................4 стр.

2. Глава

Формирование характера. Школьный период……………21 стр.

Заключение……………………….…………………………….29 стр.

Список литературы…………………………….………………30 стр.

Введение

Говоря о характере (что в переводе с греческого означает «чеканка», «печать»), обычно разумеют те свойства личности, которые накладывают определенный отпечаток на все ее проявления и выражают специфическое для нее отношение к миру и прежде всего к другим людям. Именно в этом смысле мы обычно говорим, что у человека плохой характер или хороший, благородный и т.п. Мы говорим иногда в том же смысле, что такой-то человек бесхарактерный, желая этим сказать, что у него нет такого внутреннего стержня, который определял бы его поведение; его деяния не нося на себе печати их творца. Другими словами,бесхарактерный человек – это человек, лишенный внутренней определенности; каждый поступок, им совершаемый, зависит больше от внешних обстоятельств, чем от него самого. Человексхарактером, напротив, выделяется прежде всегоопределенностью своего отношения к окружающему, выражающейся в определенности его действий и поступков; о человеке с характером мы знаем, что в таких-то обстоятельствах он так-то поступит. «Этот человек, -- говорят часто, -- должен был поступить именно так, он не мог поступить иначе – такой уж у него характер».Характер обуславливает определенность человека как субъекта деятельности, который, выделяясь из окружающего, конкретным образом относится к нему. Знать характер человека – это знать те существенные для него черты, из которых вытекает, которыми определяется весь образ его действий. Черты характера – это тесущественные свойства человека, из которых с определенной логикой и внутренней последовательностью вытекает одна линия поведения, одни поступки и которыми исключаются, как и не совместимые с ними, им противоречащие другие.

Характер представляет собой внутренние свойства личности, но это не значит, что они в своем генезисе и существе определяются изнутри, системой внутренних органических или внутриличностных отношений. Напротив, эти внутренние свойства личности, составляющие ее характер, выражаясь в отношении к тому, что значимо для человека в мире, через отношение к миру и определяется.

Как общее правило, характер определяется не каждым единичным, более или менее случайным поступком, а всем образом жизни человека (2).

В данной работе мы рассмотрим предпосылки и условия, связанные с развитием и формированием характера с самых ранних этапов, раскроем вопросы формирования характера и поведения детей в раннем дошкольном возрасте и подростковый период.

Глава 1

Формирование характера. Дошкольный период.

1.1 Некоторые теории и взгляды о характере.

В психологической теории и в педагогической практике самая постановка вопроса не оставляла места для учения о детском характере, о развитии и процессе его становления. К этому вопросу подходили статически и рассматривали характер как устойчивую и постоянную величину, всегда равную самой себе, наличную и данную. Характер понимали как статус, а не как процесс, как состояние, а не как становление. Классическую формулу этого традиционного воззрения дал Т. Рибо, выдвинувший два условия, необходимых и достаточных для того, чтобы установить понятие характера: единство и стабильность, под которыми он подразумевал единство во времени. Истинный признак характера, по Рибо, то, что он появляется в раннем детстве и остается постоянным в течение жизни; настоящий характер врожден.

В последнее время статический взгляд на характер нашел законченное и полное выражение в теории Э. Кречмера, который рассматривает характер в связи со строением тела, как психическую конструкцию наряду с соматической. И та и другая, т. е. строение тела и характер, определяются, по его мнению, в конечном счете врожденной эндокринной системой. Кречмер различает два больших сложных биотипа, из которых (в самых различных степенях смешения) образуется великое множество нормальных оттенков темперамента (1930) – шизотимический и циклотимический типы характера, стоящие в связи с двумя основными типами душевных болезней: шизофренией и маниакально-депрессивным психозом (циркулярным). Это учение, как справедливо указывает А. Б. Залкинд, оказывает сильное давление на детскую психологию (1926).

Продолжение и развитие, или, вернее, перенесение точки зрения Кречмера в науку о ребенке, находим у П. П. Блонского. "Одной из заслуг Кречмера является,-говорит он,- установление связи между строением тела и характером... Я иду дальше и утверждаю, что темпераменты - отличия не только индивидов, но и возрастов. В частности, молочно-зубному детству присущ циклотимический темперамент" (1925, с. 182). Подросток сменяет циклотимический темперамент на шизоидный (там же, с. 227). Изменение, которое претерпевает статическая концепция характера при перенесении ее на ребенка, сказывается только в том, что на месте единого, фатально обусловленного эндокринной системой типа характера ставится последовательная смена одного типа другим. Самый принцип стабильности, провозглашенный Рибо, остается при этом неприкосновенным. Тип характера оказывается только закрепленным за известной возрастной ступенью,я не за установившейся конституцией. Ряд стабильных типов, которые последовательно проходит ребенок, есть все же статический, а не динамический ряд. И это – основная черта того или другого учения, как, впрочем, и большинства характерологических учений. Эту черту, как мы указывали, А. Б. Залкинд справедливо называет абсолютнымбиологическим статизмом в подходе к характеру (1926). "... Развитие человеческого характера, – оценивает он эту черту, – есть лишь пассивное развертывание того основного биологического типа, который врождебно присущ человеку" (там же, с. 174).

Кречмеровская схема не годится для возрастного деления характерологических черт. Однако это все же не мешает пытаться выявить для каждого этапа развития свое преобладающее, специфическое содержание. Это специфическое содержание не вкладывается сейчас ни в одну из существующих характерологических систем, оно чрезвычайно изменяется под влиянием среды, вот почему опасно приклеивать к системам приданном состоянии науки жесткие "паспорта". Несовершенство этой точки зрения, как и всякой статической, а не динамической, в том, что она бессильна разрешить вопросы происхождения, развития, течения и вынуждена ограничиться констатированием, собиранием, обобщением и классификацией эмпирических данных, не зная истинной природы изучаемых явлений. "...Если бы форма проявления и сущность вещей непосредственно совпадали, то всякая наука была бы излишня..." – писал К. Маркс (К. Маркс, Ф. Энгельс. Соч., т. 25, ч. II, с. 384). Поэтому точка зрения, довольствующаяся формой "проявления вещей", т. е. одними эмпирическими данными без анализа их "сущности", есть ненаучная точка зрения. Такая теория всегда роковым образом начинает с конца. Напрасно поэтому характерология от Гиппократа и до Кречмера бьется над классификацией как над основной проблемой характера. Классификация только тогда может быть научно состоятельной и плодотворной, когда она основана на существенном признаке разносимых по отдельным классам явлений, т. е. когда она заранее предполагает знание сущности явлений. Иначе классификация по необходимости будет схоластическим распределением эмпирических данных. И таковы именно почти все классификации характеров. Но "сущность вещей" есть диалектика вещей, и она раскрывается в динамике, в процессе движения, изменения, становления и уничтожения, в изучении генеза и развития.

Характерология – историческая и современная – напоминает состояние биологических наук до Ч. Дарвина. Научная мысль пыталась учесть и упорядочить, внести систему и смысл в огромное многообразие растительных и животных форм, но она не владела ключом к постижению этого многообразия; она принимала его как факт, как данное, как непреложное свидетельство сотворения всего сущего. Ключ к биологии оказался в эволюции, в идее естественного развития живых форм. Так же, как биология началасьс происхождения видов, психология должна начинаться спроисхождения индивидов. Ключ к происхождению индивидов – условный рефлекс. Если Дарвин дал биологию видов, то И. П. Павлов дает биологию индивидов, биологию личности. Механизм условного рефлекса раскрывает динамику личности, показывает, что личность возникает на основе организма как сложная надстройка, создаваемая внешними условиями индивидуальной жизни. Именно это учение окончательно разрешает давнишний спор между нативизмом и эмпиризмом. Оно показывает, чтовсе в личности построено на родовой, врожденной основе и вместе с тем все в ней надорганично, условно, т. е. социально.

Учение об условных рефлексах не просто воздает богу богово и кесарево кесарю. Оно показывает, что движущий, динамический, толкающий развитие, вызывающий изменения момент заложен именно в условиях, перестраивающих наследственный опыт. Врожденная реакция – только материал, судьба которого зависит от формирующих условий, в которых ему суждено проявиться. На врожденной основе может быть создано бесконечно многое и разное. Едва ли можно найти лучшую иллюстрацию для доказательства почти абсолютной перевоспитуемости человеческой природы, чем условный слюнный рефлекс на разрушительное, болевое раздражение сильным электрическим током. Поставленная в соответствующие условия, т. е. подкармливаемая во время болевого раздражения, собака начинает отвечать на наносимые ей ожоги и раны положительной реакцией, которая на языке субъективной психологии называется радостным ожиданием, а на языке объективной психологии – пищевым рефлексом. Собака не только не обороняется от боли, но тянется к ней. Присутствовавший на этих опытах Ч. Шеррингтон, как сообщает Ж. Бон, воскликнул: "Теперь я понимаю радость мучеников, с которою они всходили на костер" (цит. по кн.: Ю. П. Фролов, 1925, с. 155). Так биологическое через социальные факторы переплавляется в социальное; биологическое, органическое – в личное; "естественное", "абсолютное", безусловное – в условное. Это и есть собственный материал психологии.

Ч. Шеррингтон увидел в опыте с собакой огромную психологическую перспективу – ключ к разгадке происхождения высших форм человеческой психики. Он сказал в сущности то, что для нашей темы может быть переведено и истолковано следующим образом: чтобы понять характер мученика, с радостью всходящего на костер, надо спросить, из какихусловий с необходимостью возник этот характер, что заставляет мученика радоваться, какова история, т. е. динамика, условность (или обусловленность), этой радости. Характер условен (или обусловлен), такова его динамическая формула. Статически характер равен сумме известных основных признаков личности и поведения; он есть поперечный разрез личности, ее неизменный статус, ее наличное состояние. Понять характер динамически – значит перевести его на язык основных целевых установок в социальной среде, понять его в борьбе за преодоление препятствий, внеобходимости его возникновения и развертывания, во внутренней логике его развития.

Логика развития характера та же, что и логика всякого развития. Все, что развивается, развивается по необходимости. Ничто не совершенствуется и не идет вперед из внутреннего "витального порыва", о котором говорит философия А. Бергсона. Было бы чудом, если бы характер развивался не под давлением необходимости, которая вынуждает и толкает его к развитию. В какой же необходимости заложены движущие силы развития характера? На этот вопрос существует только один ответ: в той, которая является основной и определяющей необходимостью всей человеческой жизни, в необходимости жить в исторической социальной среде и перестраивать все органические функции в согласии с требованиями, предъявляемыми этой средой. Только в качестве определенной социальной единицы может существовать и функционировать человеческий организм.

Это положение взято за исходную точку в системе индивидуальной психологии (социальной психологии личности) А. Адлера. Мы оставим здесь в стороне вопрос об отношении этого учения к марксистской философии, как вопрос сложный, спорный и, главное, требующий особого и специального исследования. Основные философские позиции Адлера искажены метафизическими элементами. Характерологический интерес представляет лишь практика Адлера. С полным основанием Адлер называет это учение позиционной психологией в глубочайшем смысле слова, в отличие от диспозиционной: первая исходит в психологическом развитии из социальной позиции личности, вторая – из органической диспозиции, т. е. предрасположения. Здесь понятию характера возвращается его первоначальный смысл. "Характер" значит по-гречески "чекан".

Характер и есть социальный чекан личности. Он есть отвердевшее, откристаллизовавшееся типическое поведение личности в борьбе за социальную позицию. Он есть отложение основной линии, лейтлинии жизни, бессознательного жизненного плана, единого жизненного направления всех психологических актов и функций. В связи с этим для психолога становится обязательным понимание как каждого психологического акта, так и характера человека в целом не только в связи с прошлым личности, но и с ее будущим. Это можно назвать финальной направленностью нашего поведения. Как кадр в фильме, изображающий один момент движения, Непонятен без последующих моментов, вне движения в целом, как траектория пули определена конечной точкой или прицелом, так точно всякий поступок и всякая черта характера вызывают вопросы: на что они направлены? Куда целят? Во что превратятся? К чему тяготеют? В сущности это понимание психологических явлений не только из прошлого, но и из будущего не означает ничего другого, кроме диалектического требования – принимать явления в вечном движении, вскрывать в явлениях их тенденцию, их будущее, детерминированное их настоящим. Как в сфере истории мы никогда не поймем до конца сущности капиталистического строя, если возьмем его статически, вне тенденции его развития, вне его необходимой связи с будущим строем, зреющим в его недрах, так в сфере психологии мы никогда не поймем до конца человеческой личности, если будем рассматривать ее статически, как сумму проявлений, поступков и т. п., без единого жизненного плана этой личности, ее лейтлинии, превращающей историю жизни человека из ряда бессвязных и разрозненных эпизодов в связный единый биографический процесс.

Ни одно инстинктивное действие животного не может быть понято и истолковано нами, если мы не знаем его финала, его "цели", точки, на которую оно направлено. Представьте себе поведение животного перед половым соединением. Оно может быть понято только взятое в целом, только исходя из заключительного акта, последнего звена, на которое направлены все предшествующие звенья этой цепи. Движения тигра, подстерегающего добычу, будут совершенно бессмысленны, если мы не будем иметь в виду последнего акта этой драмы, когда тигр пожирает добычу. Мы могли бы опуститься по эволюционной лестнице к самым низшим органическим функциям и везде нашли бы эту же особенность: финальный характер, конечную направленность биологической реакции. Если зубы животного разжевывают и перемалывают пищу, это может быть понято только в связи с тем, что пища будет переварена и усвоена организмом, т. е. в связи со всем процессом пищеварения и питания. То, что обычно условно называется имманентной телеологией организма, т. е. тот методологический принцип, согласно которому мы рассматриваем части живого тела как органы, а деятельность их как органические функции, получающие свое значение и смысл только в отношении к организму в целом, есть в сущности общебиологическая формулировка той же идеи.

Таким образом, финальный характер психологических актов, их направленность на будущее выступают уже в самых элементарных формах поведения. Как мы видели, ни одно инстинктивное действие не может быть понято до конца без рассмотрения в перспективе будущего. Этот фундаментальный факт И. П. Павлов закрепил в гениальном термине – "рефлекс цели". Изучая самые простые и основные виды деятельности нервной системы, с которыми животное родится, Павлов пришел к заключению, что должен быть установлен особый безусловный рефлекс – рефлекс цели. Этим с первого взгляда парадоксальным термином Павлов подчеркивает особенность этого рефлекса: он направлен на достижение "цели", т. е. может быть понят только из будущего, и вместе с тем этот вид деятельности не есть какое-либо исключение, а самый обычный рефлекс. Именно поэтому Павлов заменяет в этом случае термин "инстинкт" и предпочитает "рефлекс"; "...В нем отчетливее идея детерминизма, бесспорнее связь раздражителя с аффектом, причины со следствием" (1951, с. 306).

Любопытно, что Адлер, поясняя идею о направленности поведения на будущее, ссылается на опыты Павлова с воспитанием условного сигнального рефлекса (А. Adler, 1927). И столь же любопытно, что Павлов указывает на сходный с учением о компенсации механизм рефлекса цели. В этом рефлексе он видит "важнейший фактор жизни", особенно необходимый в капитальнейшей области – в воспитании. Механизм образования рефлекса цели из наличия препятствий был установлен в психологии Павлова и Адлера. Т. Липпс назвал его законом запруды и видел в нем общий закон психической деятельности, заключающийся в том, что энергия концентрируется в данном пункте, повышается и может преодолеть задержку, а может пойти иокольным путем. Здесь уже содержится идея компенсации. Всякое стремление вообще Липпс объяснял действием этого закона, он считал, что любая целесообразная деятельность совершается по путям предшествующего бесцельного или автоматического события тогда, когда возникает препятствие. Только благодаря запруде, задержке, препятствию и становится возможной "цель" для других психических процессов. Точка перерыва, нарушения одной какой-нибудь автоматически действующей функции и становится "целью" для других функций, направленных к этой точке и потому имеющих вид целесообразной деятельности. Таким образом, "цель" дана заранее и в сущности является только по видимости целью, на деле же – первопричиной всякого развития.

Динамическая теория не может ограничиться констатированием факта существования рефлекса цели, факта фатальной направленности психики. Она хочет знать, как возникает целевой рефлекс, какова причинная обусловленность и детерминированность тех форм поведения, которые направлены на будущее. Ответ на этот вопрос заключается в формуле Павлова о существовании препятствий. Существование препятствий (как показала психология еще до Павлова) есть не только главное условиедостижения цели, но и непременное условие самоговозникновения и существования цели.

Два основных психологических положения, на которые опирается динамическая теория характера, – объяснение психической установки из будущего и принцип компенсации в развитии психики - оказываются, таким образом, внутренне связанными; одно в сущности является динамическим продолжением другого. Существование препятствий создает "цель" для психических актов, т. е. вводит в развитие психики перспективу будущего, а наличие этой "цели" создает стимул для стремлений к компенсации. Это два момента одного и того же психодинамического процесса. Заметим, кстати, для полного понимания внутренней логики развиваемых здесь взглядов, что третье основное положение, на которое мы опираемся – принцип социальной обусловленности процессов развития, – также внутренне связано с двумя остальными и составляет в причинном ряду первый, все определяющий, а в обращенно-причинном или целевом – конечный, или финальный, момент все того же единого процесса –развития из необходимости.

Социальные условия, в которые должен врастать ребенок, и составляют, с одной стороны, всю ту область неприспособленности ребенка, из которой исходят творческие силы его развития; существование препятствий, толкающих ребенка к развитию, коренится в условиях социальной среды, в которуюдолжен войти ребенок; с другой стороны, на достижение, необходимого социального уровня направлено все развитие ребенка. Здесь начало и конец, альфа и омега. Хронологически все три момента этого процесса можно изобразить так: 1) неприспособленность ребенка к социально-культурной среде создает мощные препятствия на пути роста его психики (принцип социальной обусловленности развития); 2) эти препятствия служат стимулом для компенсаторного развития; становятся его целевой точкой и направляют весь процесс (принцип перспективы будущего); 3) наличие препятствий повышает и заставляет совершенствоваться функции и приводит к преодолению этих препятствий, а значит, к приспособленности (принцип Компенсации). То, что отношения личности к среде стоят в начале (1) и в конце (3) процесса, придает ему замкнутую, круговую форму и позволяет рассматривать его в прямом (причинном) и обращенном (целевом) аспекте.

Но если мы знаем, как из слабости возникает сила, из недостатков – способности, то мы держим в своих руках ключ к проблеме детской одаренности. Динамическая теория одаренности есть, конечно, дело будущего; до сих пор, да и сейчас еще, проблема эта разрешается чисто статически. Исследователь подходит к детской одаренности как к факту, к данности и задается только одним вопросом: "Сколько баллов?" Его интересует только балл, но не стихия одаренности. В динамической теории детского характера даны предпосылки для создания нового, диалектического учения о плюс – и минус – одаренности, т. е. о детской талантливости и дефективности. Прежняя атомистическая и количественная точка зрения сразу же обнаруживает полную теоретическую несостоятельность. Представим себе человека с плохой памятью. Предполагаем, что он знает об этом и исследование показало плохое запоминание бессмысленных слогов. По установившемуся в психологии usus'у, который теперь следовало бы назвать abusus'ом, мы должны были бы сделать вывод, что человек этот страдает недостатком способности к запоминанию из-за наследственности или болезни. Строго говоря, обычно при таком способе исследования в выводе содержится то, что другими словами было выражено уже в посылке, например в данном случае: если у кого-либо плохая память или кто-либо запоминает мало слов, то он обладает малой способностью запоминания... Вопрос должен быть задан иначе: "На что нацелена слабость памяти? Для чего это нужно?" Эту цель мы можем установить только из интимного знания всего индивида, так что понимание этой части возникает у нас из понимания целого. Динамическая точка зрения позволяет рассматривать одаренность и дефективность как два различных исхода одного и того же процесса компенсации. Было бы, конечно, научно неоправданным оптимизмом предполагать, будто одного наличия дефекта или недостаточности довольно для компенсации, для превращения дефекта в талант. Сверхкомпенсация была бы волшебным, а не биологическим процессом, если бы она всякий недостаток обращала в достоинство, независимо от внутриорганических и внешних условий, в которых протекает этот процесс. Нельзя представить эту идею в более карикатурном и неверном свете, чем довести ее до абсурда и сказать, что всякий дефект обеспечивает высокое развитие. Было бы очень легко жить, если бы это было так. Но на деле компенсация есть борьба, и, как всякая борьба, она может иметь два полярных исхода – победу и поражение. Как всякая борьба, она ставит исход в зависимость от относительной силы борющихся сторон. В данном случае он зависит от размеров дефекта и от богатства компенсаторного фонда, т. е. резервных сил организма. Если компенсация удалась – перед нами картина детского полноценного или даже сверхценного развития одаренности, талантливости. Если компенсация не удалась – перед нами пониженное, неполноценное, задержанное, искривленное развитие. Один полюс этого процесса упирается в гениальность, другой – в невроз.

Невроз, бегство в болезнь, полная асоциальность психологической позиции свидетельствуют офиктивной цели, направляющей весь жизненный план по ложному пути и искривляющей лейтлинию жизни и характер ребенка. Неудавшаяся компенсация превращается в защитную борьбу при помощи болезни; побежденный защищается своей слабостью. Между этими двумя полюсами, крайними случаями располагаются все степени компенсации – от минимальной до максимальной. Это и есть та наиболее часто констатируемая нами и встречающаяся в практике детская одаренность, к которой мы так привыкли. Новизна динамического подхода сказывается не в изменении количественной оценки одаренности и ее специальных видов, а в отказе приписывать этой оценке самодовлеющее значение. Сам по себе дефект еще ничего не говорит о развитии в целом. Ребенок с тем или иным дефектом еще не есть дефективный ребенок. Вместе с дефектом даны стимулы для его преодоления. Развитие одаренности, как и развитие характера, идет диалектически и движется противоречием.

Внутреннее противоречие направляет развитие характера по линии "психофизического контраста", как условно обозначает Адлер противоположность органической недостаточности и психической компенсации.

З. Фрейд выдвинул известный тезис о характерологической триаде (аккуратность, скупость, упрямство) и о связи ее с анальной эротикой. Или другой тезис: "Субъекты, страдавшие недержанием мочи, отличаются непомерным пламенным Честолюбием" (З. Фрейд, 1923, с. 23). "...Внутренняя необходимость подобной связи явлений..." (там же, с. 20) далеко не до конца ясна и понятна и самому автору этой теории. Мы вправе спросить, какое значение для будущей жизни могут иметь эти черты характера. Какая связь между этой триадой и анальной эротикой? Почему навсю жизнь поведение определяется этой чертой, что помогает ей не атрофироваться, что питает ее? Для чего она нужна в системе психологических функций личности? Напротив, если нам показывают, как из детской неполноценности слуховой функции (пониженный слух) развивается путем реактивных образований и компенсацийповышенная чуткость, подозрительность, тревожность, любопытство и т. п. функции, стремящиеся компенсировать дефект, создать над ним психологическую защитную надстройку, для нас становится осмысленной и понятной логика характера, его социально-психологическая закономерность.

Для Фрейда в особенностях характера раскрываются "неизменно продолжающие свое существование первичные влечения", характер коренится вотдаленном прошлом. Для Адлера характер – обращенная к будущему сторона личности. Как в толковании сновидений Фрейд исходит из остатков вчерашнего дня и отдаленных детских переживаний, а Адлер из того, что сновидение есть военная разведка, прощупывание будущего, подготовка к будущим действиям, так точно в учения о структуре личности, о характере новое учение вводит глубочайше ценную для психологаперспективу будущего. Оно освобождает нас от власти консервативных, обращенных назад теорий. В самом деле, для Фрейда человек, как каторжник к тачке, прикован к своему прошлому. Вся жизнь определяется в раннем детстве из элементарных комбинаций и вся без остатка сводится к изживанию детских конфликтов. Остается непонятным, почему все последующие конфликты, травмы, переживания только наслаиваются на инфантильные, составляющие ствол и стержень всей жизни. В новом учении революционная перспектива будущего позволяет понять развитие и жизнь личности как единый процесс,стремящийся вперед и с объективной необходимостью направленный к конечной точке, к финалу, намеченному требованиями социального бытия.

Психологическая перспектива будущего и есть теоретическая возможность воспитания. Ребенок по своей природе всегда оказывается неполноценным в обществе взрослых; его позиция с самого начала дает повод для развития у него чувств слабости, неуверенности и затрудненности. Ребенок долгие годы остается неприспособленным к самостоятельному существованию, и в этой неприспособленности, неудобстве детства лежит корень его развития. Детство и есть пора неполноценности и компенсации по преимуществу, т. е. завоевания позиции по отношению к социальному целому. В процессе этого завоевания человек как определенный биотип превращается в человека как социотип, животный организм становится человеческой личностью.Общественное овладение этим естественным процессом и называется воспитанием. Оно было бы невозможно, если бы в самом естественном процессе развития и формирования ребенка не была заложена перспектива будущего, определенная требованиями общественного бытия. Самая возможность единого плана в воспитании, установка его на будущее свидетельствуют о наличии такого плана в процессе развития, которым стремится овладеть воспитание. В сущности это означает только одно:развитие и формирование ребенка есть социально направленный процесс. О. Рюле говорит про эту жизненную линию: "Это – его (ребенка. –Л. В.) нить Ариадны, ведущая его к цели. Поскольку с течением времени все душевные функции протекают в избранном направлении, все душевные процессы получают свое типичное выражение – постольку образуется сумма тактических приемов, устремлений и способностей, которые покрывают собой и очерчивают определившийся жизненный план. Вот это мы и называем характером" (1926, с. 12).

На этом пути были сделаны многие важные открытия науки о ребенке. Так, К. Гроос вопреки С. Холлу и биогенетической теории, в своих замечательных, ставших классическими исследованиях показал, что игра как основная форма естественного воспитания животного и человеческого ребенка может быть постигнута и объяснена не из ее связи с прошлым, а из ее направленности на будущее. Игра для него возникает из недостаточности прирожденных реакций для выполнения сложных жизненных задач, т. е. из неприспособленности; детство есть биологическая пора "приобретения приспособлений, необходимых для жизни, но не развивающихся непосредственно из прирожденных реакций" (1916, с. 71), т. е. пора компенсации недостаточности; игра и есть естественное самовоспитание ребенка, упражнение для будущего. В последнее время выдвигается и все более укрепляется новая точка зрения на психологическую природу упражнения, которая в сущности развивает дальше идею Грооса. Согласно этому взгляду, упражнение вообще, важнейшая в процессе развития и воспитания, в процессе выработки личности функция, есть процесс компенсации.

Только в свете теории игры Грооса и новой теории упражнения может быть по-настоящему понято и оценено значение детского движения и его воспитательный смысл. Детское движение (в некоторых компонентах) должно рассматриваться как опыт рационализации и организации массовой детской игры в интернациональном масштабе, игры революционной эпохи, которая, как всякая игра, готовит ребенка к будущему, закладывает основные линии его будущего поведения. Самая идея и практика такой игры были бы невозможны, если бы развитие личности было пассивным развертыванием врожденных первичных влечений. Идея сознательно вытянуть всю человеческую жизнь с самого детства в одну сплошную нить и направить ее по единой прямой линии, вычерченной историей, может быть состоятельна только при том условии, что характеры не рождаются, а создаются. Не развертывание. авыработка – правильное название процесса возникновения характера. Именно эта точка зрения дает ключ к пониманию личности и социальном аспекте, ключ к пониманию классового характера – не в условно-метафорическом смысле, а в реально-конкретном смысле классового отпечатка на биологической структуре личности. Как на основной недостаток статических теорий характера А. Б. Залкинд указывает на противоречие, в которое эти теории вступают с тем фундаментальным фактом, что каждый человек есть не только биологическая, но и историческая единица и несет в своем характере исторические черты.

"Может ли классовое положение (позиция эксплуататорства или эксплуатируемости), историческая эпоха (революция, реакция) толкать к тому или иному типу... характера?" (А. Б. Залкинд, 1926, с. 178). В этом вопросе резко намечена та черта, которая разделяет два разных способа постигать характер. Один способ – видеть в характере биологический фатум, другой – видеть в характере историческую форму личности. Первый взгляд сказался в известном тезисе Г. Компейре, рассматривавшего характер как готовую и сложившуюся к моменту рождения совокупность признаков: "Не впадая в парадокс, – говорит он , – можно сказать, что ребенок, который впоследствии будет прилежным, проявляет эту наклонность в той манере, с которой он схватывает и держит рожок" (по кн.: Душевная жизнь ребенка. 1916, с. 261). Иначе говоря, характер рождается вместе с человеком и дан уже в манере новорожденного схватывать и держать рожок. В противоположность этому Гроос видит огромное биологическое значение игры как естественного воспитания в ее способности вести нас от унаследованной природы к новой, "приобретаемой." природе человека, или, "применяя здесь в известном смысле старое выражение, – от старого Адама вести человека к новому Адаму..." (К. Гроос, 1916, с. 72). Но характер и есть новый Адам, новая вторая природа человека.<…>(5)

1.2 Формирование характера.

Некоторые черты характера, обнаруживаются уже у детей раннего возраста, например у дошкольников. Это значит, что истоки характера человека и первые признаки его стабилизации следует искать в самом начале жизни (1).

Характеры детей дошкольного возраста еще только  формируются. Поскольку основой характера является тип  высшей нервной деятельности, а нервная система пребывает в состоянии развития, то можно только предполагать, каким вырастет ребенок. Можно привести массу примеров, описать  множество фактов, но достоверный вывод будет только один: характер — это уже результат формирования, он составится из  тысяч больших и незаметных влияний. Что именно в нем останется от пяти-шестилетнего ребенка — сказать трудно. Но если мы хотим сформировать определенный тип характера, то воспитание должно быть соответствующим.(7)

Дошкольник пребывает в стадии интенсивного развития, темпы которого очень высоки. Важной особенностью является   обостренная чувствительность (сензитивность) к усвоению  нравственных и социальных норм и правил поведения, освоению новых видов деятельности. У большинства детей  наступает готовность к овладению целями и способами  систематического обучения. Главный вид деятельности — игра, через которую ребенок удовлетворяет свои познавательные и социальные потребности.(6)

Развитие характера у детей свидетельствует прежде всего о несостоятельности той точки зрения, которая считает характер врожденным и неизменным. Нельзя отрицать значение природных особенностей организма в процессе развития характера, но характер человека не является однозначной функцией организма, его конституции. Характер формируется в процессе развития личности как субъекта, активно включающегося в многообразную совокупность общественных отношений. Проявляясь в поступках и поведении человека, характер в них же и формируется.

Не подлежит сомнению, что можно уже очень рано констатировать у детей более или менее ярко выраженные индивидуальные особенности поведения. Но, во-первых, эти индивидуальные особенности касаются сначала по преимуществу элементарных динамических особенностей, относящихся скорее к темпераменту, чем собственно к характеру, и, во-вторых, проявление этих индивидуальных особенностей в относительно очень раннем возрасте не исключает того, что они являются не просто врожденными задатками, а и результатом – пусть кратковременного – развития. Поэтому в ходе дальнейшего развития они неоднократно изменяются. Они представляют собой незаконченные, фиксированные образования, а еще более или менее лабильные схемы свойственных данному индивиду форм поведения, которые в своей неопределенности таят различные возможности. Наблюдения, которые имеются у каждого человека над людьми, находящимися длительное время в поле его зрения, могут на каждом шагу обнаружить случаи очень серьезной, иногда коренной перестройки как будто уже наметившегося характера. Характер формируется в жизни, и в течение жизни он изменяется. Но то, каким он становится с течением времени, обусловлено, конечно, и тем, каким он был раньше. При всех преобразованиях и изменениях, которые претерпевает характер в ходе развития, обычно все же сохраняется известное единство в основных, наиболее общих его чертах, за исключением случаев, когда особые жизненные обстоятельства вызывают резкую ломку характера. Наряду с этими бывают случаи удивительного единства характерологического облика на протяжении всей жизни, в ходе которой происходит главным образом как бы разработка того общего абриса и «замысла», который наметился в очень ранние годы.

В процессе развития характера годы раннего детства играют существенную роль. Именно в эти годы закладываются основы характера, и потому необходимо уделять влиянию, которое воспитание в эти ранние годы оказывает на формирование характера ребенка, большее внимание, чем это обычно делается. Однако в корне ошибочна точка зрения тех психологов, которые (как З. Фрейд и А. Адлер) считают, что в раннем детстве характер человека будто бы окончательно фиксируется. Эта ошибочная точка зрения на развитие характера, которая, не утверждая его врожденности, практически приходит к такому же почти ограничению возможностей воспитательного воздействия на формирование характера, как и теория врожденности характера.

Ребенок не созревает сначала и затем воспитывается и обучается; он созревает, воспитываясь и обучаясь, т. е. под руководством взрослых осваивая то содержание культуры, которое создало человечество.

В ходе обучения способности ребенка не только проявляются, но и формируются; точно так же как и черты его характера не только проявляются, но и формируются в поведении ребенка, складывающимся и изменяющемся в ходе воспитания и обучения (2).

Основную роль в формировании и развитии характера ребенка играет его общение с окружающими людьми. В характерных для него поступках и формах поведения ребенок, прежде всего, подражает его близким взрослым людям. При помощи прямого научения через подражания и эмоциональные подкрепления он усваивает формы поведения взрослых. Сензитивным периодом жизни для становления характера можно считать возраст от 2—3 до 9—10 лет, когда дети много и активно общаются как с окружающими взрослыми людьми, так и со сверстниками, открыты для воздействий со стороны, с готовностью их принимают, подражая всем и во всем. Взрослые люди в это время пользуются безграничным доверием ребенка, имеют возможность воздействовать на него словом, поступком и действием, что создает благоприятные условия для подкрепления нужных форм поведения.

Стиль общения взрослых друг с другом на глазах у ребенка, способ обращения с ним самим весьма важны для становления характера. Особенно это относится к обращению родителей с ребенком, в первую очередь матери. То, как действуют мать и отец в отношении ребенка, спустя много лет становится способом обращения его со своими детьми, когда ребенок становится взрослым и обзаводится собственной семьей.

Раньше других в характере человека закладываются такие черты, как доброта, общительность, отзывчивость, а также противоположные им качества: эгоистичность, черствость, безразличие к людям. Имеются данные о том, что начало формирования данных черт характера, уходит в глубь дошкольного детства, к первым месяцам жизни и определяется способом обращения матери со свои ребенком.

Как уже упоминалось  выше, «основную роль в формировании и развитии характера ребенка играет его общение с окружающими людьми». Поэтому, я хочу более подробно рассмотреть вопросы общения ребенка с окружающими его людьми и в первую очередь, конечно же, его общение с родителями.

В последние десятилетия психологи сделали ряд замечательных открытий. Одно из них – о значении стиля общения с ребенком для развития его личности.

Теперь уже стало бесспорной истиной, что общение так же необходимо ребенку, как и пища. Малыш, который получает полноценное питание и хороший медицинский уход, но лишен постоянных контактов со взрослым, плохо развивается не только психически, но и физически: он не растет, худеет, теряет интерес к жизни. «…»

Если продолжить сравнение с пищей, то можно сказать, что общение может быть не только здоровым, но и вредоносным. Плохая пища отравляет организм, неправильное общение «отравляет» психику ребенка, ставит под удар его психическое здоровье, эмоциональное благополучие, а впоследствии, конечно и судьбу.

«Проблемные», «трудные», «непослушные» и «невозможные» дети, так же, как и дети «с комплексами», «забитые» или «несчастные» - всегда результат неправильно сложившихся отношений в семье. «…» Большинство тех родителей, которые обращаются за психологической помощью по поводу «трудных» детей, сами в детстве страдали от конфликтов с собственными родителями. Специалисты пришли к выводу, что стиль родительского взаимодействия  непроизвольно «записывается» (запечатлевается) в психике ребенка.(?!) Это происходит довольно рано, еще в дошкольном возрасте, и, как правило, бессознательно.(3)

Из сказанного выше становиться понятно, что формирование характера и личности в целом, а так же отдельные черты и свойства характера во многом зависит от того, как, и в каких условиях и атмосфере воспитывался ребенок.

Те свойства характера, которые наиболее ярко проявляются в труде – трудолюбие, аккуратность, добросовестность, ответственность, настойчивость, другие «деловые» качества, -- складываются несколько позже, в раннем дошкольном детстве. Они формируются и закрепляются в играх детей и доступных им видах домашнего труда. Сильное влияние на их развитие оказывает адекватная возрасту и потребностям ребенка стимуляция со стороны взрослых. В характере ребенка данного возраста сохраняются и закрепляются в основном такие черты, которые постоянно получают поддержку (положительные подкрепления) (1).

Характер формируется в практической жизни, в действиях и поступках, так же как ум образуется теоретической жизнью, умственной деятельностью. Врожденные особенности типа нервной системы и темперамента, которые включаются в характер в качестве его предпосылки и при этом преобразуются в нем, с точки зрения собственно характерологических свойств еще очень многозначны. Характер складывается в целенаправленной деятельности – различной на разных этапах, в которой ребенок приучается для осуществления цели преодолевать трудности. Работа над характером начинается в повседневной практической деятельности; она включает завязывающуюся вокруг действий и поступков внутреннюю работу учета своих удач и неудач, опыта организации своих сил и их применение для достижения своих целей – своеобразной тактики и стратегии, которыми каждый человек должен овладеть в ходе повседневной практической деятельности, -- так, как воин на опыте боевой жизни овладевает тактикой боя. Сильный, деятельный характер формируется в деятельной жизни. По мере того как складываются характерологические черты ребенка, они определяют его поступки, обуславливая мотивы, которые движут ими; но сами они в свою очередь в этих же мотивах зарождаются. Всякий мотив – это в потенции черта характера; реализуясь в действиях и поступках и таким образом закрепляясь, мотивы поведения, по мере того как они начинают определять более или менее устойчивый образ действий, переходят в характерологические свойства (2).

Структура характера представлена его чертами. Черта, как структурная единица характера, отражает существенное отношение личности (под ней понимается отношение личности к обществу, труду, себе и окружающим людям) и является не ситуативным, а устойчивым феноменом.

Ведущими в структуре характера выступают нравственные и волевые черты. Волевые черты характера определяют регулирование человеком своего поведения и деятельности, что выражается в готовности и умении преодолевать трудности при совершении целенаправленных действий и поступков. Волевые черты не носят социальной направленности и выступают как социально значимые лишь в совокупности с нравственными. Нравственные черты характера определяют его направленность.

С помощью нравственных и волевых черт характера раскрывается система отношений личности: к обществу (патриотизм, любовь к природе); к людям (доброжелательность, отзывчивость, коллективизм, справедливость, тактичность, честность); к труду (любознательность, самостоятельность, работоспособность, ответственность, целеустремленность); к себе (самокритичность, чувство собственного достоинства, независимость, уверенность в себе, выдержка).

На формирование нравственных и волевых черт характера в подростковом возрасте влияют следующие факторы и условия: естественные (пол, темперамент, наследственные признаки, особенности физического строения); культурные (социальная и семейная среда, условия школьного обучения, общественное государственное устройство) и личностные (самовоспитание, самосовершенствование личности).

Формирование характера в подростковом возрасте обусловливается особенностями развития личности в данный возрастной период и определяется рядом закономерностей: ведущим типом деятельности в подростковом возрасте становится развернутая общественно полезная, совместная детско-взрослая деятельность, в том числе учебная, трудовая, общественно-организационная; интенсивным развитием аналитико-синтетических и креативных способностей; наличием определенных (не всегда адекватных действительности) представлений, понятий, убеждений, идеалов и принципов, которыми подростки начинают руководствоваться в деятельности и поведении; формированием чувства взрослости, потребности в равноправном диалоге со старшими, в уважении чувства его личного достоинства со стороны взрослых и сверстников.(7)

Характер ребёнка закладывается с раннего детства, поэтому предупреждение развития у него вредных привычек необходимо проводить именно в этом возрасте. Прежде всего, ребенок должен как можно реже видеть бутылку с вином (и др.) на столе родителей. В накуренном помещении следует обратить внимание даже маленького ребенка на неприятный запах, на то, что дышать здесь трудно и противно. На прогулке следует обращать внимание ребенка на пьяниц, на их неопрятный вид, рассказать, как трудно приходится родным этого человека, подчеркнуть его бесполезность для общества. Необходимо, чтобы реакция взрослых была эмоциональной. Вредные для здоровья последствия курения и алкоголизма в раннем возрасте объяснять бесполезно.

Если родителям удастся своевременно всмотреться в ребёнка, задуматься, принять меры по устранению упущенного, значит, им удастся предупредить детскую нервность или трудность. Перевоспитывать в более старшем возрасте, когда нервность или трудность уже фиксированы, - то же самое, как говорили древние мудрецы, что начинать копать колодец, когда уже мучит жажда.(6)

Глава 2

Формирование характера. Школьный период.

2.1 Формирование характера.

В начальных классах школы оформляются черты характера, проявляющиеся в отношениях с людьми. Этому способствует расширение сферы общения ребенка с окружающими за счет множества новых школьных друзей, взрослых – учителей. Если то, что ребенок как личность приобрел в домашних условиях, получает в школе поддержку, то соответствующие черты характера у него закрепляются и чаще всего сохраняются в течение всей дальнейшей жизни. Если же вновь получаемый опыт общения со сверстниками, учителями, другими взрослыми не подтверждает как правильные те характерные формы поведения, которые ребенок приобрел дома, то начинается постепенная ломка характера, которая обычно сопровождается выраженными внутренними и внешними конфликтами. Происходящая при этом перестройка характера не всегда приводит к положительному результату. Чаще всего имеет место частичное изменение черт характера и компромисс между тем, к чему приучали ребенка дома, и тем, что от него требует школа.

В подростковом возрасте активно развиваются и закрепляются волевые черты характера, а ранняя юность закладывает базовые нравственные, мировоззренческие основы его.

Подростковый возраст - это период развития детей от 11-12 до 14-15 лет, (что соответственно приблизительно, среднему школьному возрасту, учащимся 5-7 классов), отличающийся мощным подъемом  жизнедеятельности и глубокой перестройкой организма. В это время  происходит не только физическое созревание человека, но и  интенсивное формирование личности, энергичный рост моральных и  интеллектуальных сил. Подростковый возраст называется иначе  переходным возрастом, так как он характеризуется переходом от детского состояния к взрослому, от незрелости к зрелости. Подросток  -  уже не ребенок, но еще и не взрослый человек. Это развитие завершается примерно к 15-16 годам превращением подростка в юношу или девушку.

Важно отметить, что к этим годам подросток становится зрелым  в половом отношении, но его физическое духовное развитие еще  далеко не завершено, физическая и духовная зрелость наступает примерно, на 3-4 года позже.

Стремление ко всему новому, необычному, интерес к технике и к технической новинке, желание быть на «равной ноге» с взрослыми,  стремление к активной деятельности, созерцание не удовлетворяет подростка.

Подростковый возраст – это возраст пытливого ума, жадного  стремления к познанию, возраст исканий, особенно, если это имеет  общественное значение, возраст кипучей деятельности, энергичных  движений. Эти качества часто находят свое проявление в весьма  неорганизованной форме. Соответствующих указаний и внушение со стороны взрослых и в школе и дома более чем достаточно.

Наряду с этим, при правильном и твердом руководстве коллектив детей этого возраста уже способен организованно и самостоятельно   провести ряд общественных мероприятий. Чувства дружбы и товарищества становятся более глубокими и стойкими. Значительные сдвиги замечаются в усвоении моральных понятий и развитии их под влиянием воспитательной работы школы и семьи.

Недостаточное участие в общественной жизни, отсутствие  общественных интересов делает жизнь подростка бесцветной, пустой, сугубо личные интересы, как правило, не могут принести ему удовлетворения.

В подростковом возрасте начинают складываться и закрепляться черты характера. Разумеется, формирование характера не начинается и не заканчивается в этом возрасте. Известно, что характер формируется и изменяется в течение жизни человека. Еще в дошкольном возрасте намечаются первые контуры будущего характера человека, складываются те или иные привычные способы и формы поведения. С другой стороны, и в старшем школьном возрасте, возрасте ранней юности, продолжается весьма интенсивное формирование характера. Тем не менее, подростковый возраст в отличии от дошкольного и младшего школьного возрастов – это возраст, когда формирование характера приобретает заметное место в общем процессе развития.

Одной из наиболее характерных особенностей подростка, связанных с ростом его самосознание, как уже указывалось, является  ярко выраженное стремление к самостоятельности, стремление показать свою «взрослость». Подросток отстаивает свои взгляды и  суждения, добиваясь того, чтобы взрослые считались с его мнением.  Он считает себя достаточно взрослым, хочет иметь одинаковые с ним  права, претендует на то, чтобы окружающие относились к нему как к равному, причем не только на словах, но и на деле.

Подросток имеет некоторые основания считать, что он уже не  маленький ребенок. Он чувствует общее нарастание своих сил и  энергии, видит как быстро увеличивается его рост, выносливость  замечает появление у себя вторичных половых признаков, словом чувствует себя физически зрелым. Далее подросток отдает себе отчет в том, что его знания, навыки и умения становятся значительно более обширными, кое в чем в этом отношении он начинает превосходить взрослых, в частичности своих родителей. Его технические знания и навыки позволяют ему справляться с теми задачами, которые затрудняют некоторых взрослых (менять электропробки, чинить электроприборы, водопроводные краны и т.д.). Его познания в иностранном языке, а часто и в других науках, также  нередко превосходит познания взрослых, во многих вещах и явлениях он может разбираться самостоятельно. Наконец, подросток чувствует, что его участие в жизни взрослых людей становится значительно  большим, чем в младшем школьном возрасте – он оказывает значительную помощь родителям, например, пилит и колет дрова, зачастую несет весьма ответственные обязанности в семье (например, по уходу за младшими братьями и сестрами). Значительно повышается участие подростка в общественной жизни – часто он уже староста класса, редактор стенгазеты, активный помощник учителя  физики, химии или биологии по подготовке лабораторных опытов.

Переоценивая значение своих возросших возможностей, подростки приходят к убеждению, что они в сущности уже ничем (или почти ничем) не отличаются от взрослых людей.

Отсюда стремление подростков к самостоятельности и    известной «независимости», отсюда - их болезненное самолюбие и  обидчивость, острая реакция на попытки взрослых недооценивать их права и  интересы. Полезное и хорошее, вообще говоря, стремление к самостоятельности часто осложняется у подростков в силу  повышенной чувствительности к оценке их личности и поведения взрослыми и может принять, если это взрослыми не учитывается, отрицательные формы сопротивления чужому влиянию, непризнание  авторитета взрослых, игнорирование предъявляемых к ним требований.

Как уже указывалось, определенного и устойчивого  представления о себе подростки часто еще не имеют. Этим и   объясняется повышенная чувствительность оценке их поступков и результатов деятельности со стороны старших, к своим успехам и неудачам. Они склонны  преувеличивать  значение временных неудач и случайных успехов, отдельных похвал или отрицательных отзывов, расценивая их как веские показатели, своего рода «индикаторы» положительных или отрицательных качеств своей личности. Поэтому даже отдельные неудачи или отрицательных оценки со стороны окружающих могут вызвать у подростка неуверенность в своих силах, робость и застенчивость, представление о собственной неполноценности.Равным образом и случайный успех, отдельная удача, похвала,  одобрение, положительный отзыв могут привести к переоценке своих  сил и возможностей, сомнению и самонадеянности и наоборот.

Подростков, как уже учитывалось, характеризует общий подъем жизнедеятельности, значительный рост жизненных сил. Этим и  определяется, в основном, та, бурная активность, кипучая энергия,  инициативность, которые свойственны подавляющему большинству подростков. Для подростков характерна неисчерпаемая жажда деятельности, большая подвижность, стремление активно учувствовать в окружающей жизни, интерес ко всему происходящему вокруг. Подросток не может сидеть без дела, не любит «просто  отдыхать». Он постоянно занят чем–то, хочет, что-то узнать, изучить, познать, овладеть тем или иным умением. Если его энергия, активность не находит правильного выхода, то она проявляется в озорстве, шалостях, лихачестве, возне, беготне, а нередко приводит к более тяжелым случаям нарушения дисциплины. Далее следует отметить характерную для подросткового возраста повышенную возбудимость, некоторую неуравновешенность характера, сравнительно частые, быстрые и резкие смены настроений, форм поведения.

Смелость и решительность может быстро сменится у подростка робостью, застенчивостью, даже конфузливостью, которые  часто маскируются у него напускной грубостью (резкостью);  неуверенность в себе, в своих силах периодически сменяется переоценкой своих сил и наоборот. Подросток то весел, подвижен и жаждет общения, то задумчив и замкнут (что, впрочем случается реже), то  мягок, приветлив, ласков и нежен, то резок непочтителен. Без какой либо серьезной  причины он может «сорваться», нагрубить, проявить придирчивость, заносчивость, нетерпимость, без каких либо внешних поводов, глубокий, активный, действенный интерес к чему либо может временно уступить место вялости, апатии, равнодушию.

По-видимому, эти особенности характера подростка во многом определяются той «внутренней ломкой», теми изменениями в его организме и, в частности, в нервной системе, которые связаны с  половым созреванием. Например, у подростков часто усиливается  деятельность щитовидной железы, гормоны которой повышают возбудимость нервной системы, чем от части можно объяснить повышенную раздражительность, несдержанность подростка. Имеет   значение неравномерное кровоснабжения мозга, следствием чего является возбудимость и раздражительность.

Разумеется, большая возбудимость, грубость, упрямство,  раздражительность не являются неизбежными спутниками  подросткового возраста. В  хорошо организованных коллективах, в том числе в семейных, с правильным режимом труда и отдыха,  доброжелательными отношениями и твёрдыми требованиями, период  полового созревания и связанных с ним изменений в организме подростков проходит безболезненно. Неизбежная внутренняя   перестройка организма в этих условиях происходит спокойнее, а её внешние изменения  мало заметны и несущественны.

Всё сказанное, конечно, не противоречит тому, что для   подростка характерна жизнерадостность, бодрость, оптимизм –  качества, которые в сочетании с активностью и энергией делают этот  возраст столь привлекательным.

Значительное развитие в подростковом возрасте приобретают  волевые  черты характера. В процессе всё более усложняющейся   учебной, трудовой деятельности, под влиянием повышенных требований, предъявляемых подростку, у него развивается   способность длительно преследовать сознательно поставленные цели, умение преодолевать препятствия и трудности на этом пути. По сравнению с младшим школьником в регуляции поведения подростка большая роль принадлежит сознанию, большие значения приобретают сознательные волевые усилия, сознательное управление своим  поведением, своими эмоциями. Подросток способен не только к отдельным волевым актам, что характеризует младшего школьника, но и к осуществлению связанных  единой целью цепи волевых действий, иначе говоря, к волевой деятельности. Младший школьник сравнительно редко ставит перед собой цели и задачи, требующие воли для их осуществления; обычно они ставятся перед ним другими людьми – учителями, родителями. Подросток значительно чаще сам ставит перед собой определенные цели, сам планирует свою  деятельность и нередко проявляет значительную настойчивость, выдержку, решительность и даже мужество в процессе достижения этих целей.

У подростков нередко можно наблюдать противоречия между  высокой  и благородной целью и недостойным способом её  реализации. В большинстве случаев настойчивость подростков является ещё незрелой, что выражается в неумении достигать поставленной цели, во всех её видах деятельности.

Можно выделить три группы подростков в зависимости от  развития у них настойчивости.Первую группусоставляют подростки, проявляющие   настойчивость в нескольких видах деятельности: в учёбе, общественной работе, в  физическом труде, спорте.Вторую группу составляют подростки, проявляющие настойчивость только в учении. Причина этого часто лежит в неправильном поведении родителей, которые требуют от подростка хорошей  успеваемости и ничего больше.К третьей – относятся подростки со слабо развитой настойчивостью в учении и других видах деятельности (первая подгруппа). Подростки со  слабым  развитием настойчивости в учебной работе могут проявлять  настойчивость в других видах деятельности, не связанных с учением, по отношению к которым они имеют стойкие интересы.

К окончанию школы характер человека можно считать в основном сложившимся, и то, что происходит с ним в дальнейшем, почти никогда не делает характер человека неузнаваемым для тех, кто с ним общался в школьные годы (1).

2.2 Личность и характер человека.

Характер может обнаруживаться в особенностях деятельности, которыми человек предпочитает заниматься. Одни люди предпочитают наиболее сложные и трудные виды деятельности, для них доставляет удовольствие искать и преодолевать препятствия; другие выбирают наиболее простые, беспроблемные пути. Для одних существенно, с какими результатами они выполнили ту или иную работу, удалось ли при этом превзойти других людей. Для остальных это может быть безразлично, они довольствуются тем, что справились с работой не хуже других, добившись посредственного качества.

В общении с людьми характер человека проявляется в манере поведения, в способах реагирования на действия и поступки людей. Манера общения может быть более или менее деликатной, тактичной или бесцеремонной, вежливой или грубой. Характер в отличие от темперамента обусловлен не столько свойствами нервной системы, сколько культурой человека, его воспитанием.

Характер человека – это то, что определяет его значимые поступки, а не случайные реакции на те или иные стимулы или сложившиеся обстоятельства. Поступок человека с характером почти всегда сознателен и обдуман, может быть объяснен и оправдан, по крайней мере, с позиции действующего лица. Говоря о характере, мы обычно вкладываем в представление о нем способность человека вести себя самостоятельно, последовательно, независимо от обстоятельств, проявляя свою волю и настойчивость, целеустремленность и упорство. Бесхарактерный человек в этом смысле - тот, кто не проявляет подобные качества ни в деятельности, ни в общении с людьми, плывет по течению, зависим от обстоятельств, управляется ими.

В своем формировании, развитии и функционировании характер человека тесным образом связан с темпераментом, последний представляет собой динамическую сторону характера. Характер, как и темперамент, является достаточно устойчивым и мало изменяемым.

Существует разделение черт личности человека на мотивационные и инструментальные. Мотивационные побуждают, направляют деятельность, поддерживают ее, а инструментальные придают ей определенный стиль. Характер можно отнести к числу инструментальных личностных свойств. От него больше зависит не содержание, а манера выполнения деятельности. Правда, как было сказано, характер может проявляться и в выборе цели действия. Однако когда цель определена, характер выступает больше в своей инструментальной роли, то есть как средство достижения поставленной цели.

Перечислим основные черты личности, которые входят в состав характера человека:Во-первых, это те свойства личности, которые определяют поступки человека в выборе цели деятельности (более или менее трудных). Здесь как определенные характерологические черты могут проявиться рациональность, расчетливость или противоположные им качества; Во-вторых, в структуру характера включены черты, которые относятся к действиям, направленным на достижение поставленных целей: настойчивость, целеустремленность, последовательность и другие, а также альтернативные им (как свидетельства отсутствия характера). В этом плане характер сближается не только с темпераментом, но и с волей человека;

В-третьих, в состав характера входят чисто инструментальные черты, непосредственно связанные с темпераментом: экстраверсия – интроверсия, спокойствие – тревожность, сдержанность – импульсивность и другие.

2.3 Акцентуации характера

Чрезмерная выраженность черт характера и их сочетание в крайних проявлениях нормы называется акцентуацией характера. Акцентуации характера - это уязвимость психотравмирующего воздействия на слабое звено (место наименьшего сопротивления) данного типа характера при устойчивости к другим воздействиям, они могут быть выявлены при тестировании с помощьюопросника Шмишека. Проявление акцентуаций характера происходит в тех ситуациях, когда задействуется именно это уязвимая точка характера, в других случаях человек ведет себя адекватно, без срывов и потрясений. Выявлены явные и скрытые акцентуации характера. Явные акцентуации  относятся к крайней границе нормы и отличаются постоянными чертами определенного типа характера. Скрытые акцентуации — обычная норма, слабовыраженная или не выраженная вообще, они могут проявляться в результате воздействия различных факторов (болезни, травм) к месту наименьшего сопротивления. Явные и скрытые акцентуации могут взаимозаменяться под воздействием различных обстоятельств, в зависимости от деятельности человека, его воспитания, окружения и пр. Акцентуации характера находятся на границе психопатических расстройств.Многие акцентуации формируются уже в подростковом возрасте и могут уже достаточно сильно проявляться, их выявление с помощьюопросника Шмишека для детей может помочь определить яркое проявление акцентуаций для дальнейшего корректировки воспитания ребенка, оттачивания его черт характера.(4)

2.4 Возможность психопатии

Если сложные психогенные ситуации воздействуют на самое уязвимое звено характера долго, то акцентуации могут перейти границу психопатии и может развиться болезнь. Следовательно, необходимо вовремя выявить акцентуации характера и постараться скорректировать их, особенно легко сделать это в подростковом и молодом возрасте, но это не значит, что взрослый человек не может исправить свой характер. Ведь характер это не застывшее образование, его можно формировать в любом возрасте, человек может постараться изменить свой характер при желании или при вынужденных обстоятельствах.(4)

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Признание роли сознания, моментов идейного порядка и роли мировоззрения или идеологии в формировании характера с необходимостью приводит в генетическом плане к признанию роли не только младших, но и старших возрастов как периода сознательной, организованной работы над характером.

Вместе с тем очевидно, что человек сам участвует в выработке своего характера, поскольку характер складывается в зависимости от мировоззрения, от убеждений и привычек нравственного поведения, которые он у себя вырабатывает, от дел и поступков, которые он совершает, - в зависимости от всей его сознательной деятельности, в которой характер, как сказано, не только проявляется, но и формируется. Характер человека, конечно, обусловлен объективными обстоятельствами его жизненного пути, но сами эти обстоятельства создаются и изменяются в результате его поступков, так что поступки человека и жизненные обстоятельства, их обуславливающие, постоянно переходят друг в друга. Поэтому нет ничего нелепее и фальшивее, как ссылка в оправдание дурных поступков человека на то, что такой уж у него характер, как если бы характер был чем-то изначально данным и фатально предопределенным. Человек сам участвует в выработке своего характера и сам несет за него ответственность (2).

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1.Р.С.Немов «Психология» Книга 1 Москва «ВАЛДОС ИМПЭ им.Грибоедова» 2001г.

2.С.Л.Рубинщтейн «Основы общей психологии» «Питер» Санкт-Петербург (Москва-Харьков_Минск) 2002г.

3.Ю.Б.Гиппенрейтер «Общаться с ребенком Как?» Москва «ЧеРо» 2004г.

   4.Эксклюзивный материал сайтаwww.effecton.ru

   5.Л.С.Выгодский «К вопросу о динамике детского характера»

   6.Д.В.Колесов «Предупреждение вредных привычек у школьников», М.1984.

   7.Ю.В.Шевчук «Формирование нравственных и Волевых черт  характера подростков в школах спортивной ориентации» Красноярский государственный педагогический университет, Красноярск.